Печатать книгуПечатать книгу

Еврейская община Марокко

Подборка материалов

Сайт: Дистанционная олимпиада по иудаике
Курс: Дистанционная олимпиада по иудаике
Книга: Еврейская община Марокко
Напечатано::
Дата: Четверг, 13 Декабрь 2018, 11:48

Оглавление

1 ЭПОХА ДРЕВНОСТИ

Марокканская еврейская община - самая «западная» из всех, проживавших в нашем полушарии. Её история насчитывает не менее двух тысячелетий, являясь одной из самых продолжительных. Многочисленные народы, в разное время заселявшие или вторгавшиеся в Северную Африку, оказывали влияние на культуру проживавших здесь евреев. Оказавшись на перекрестке десятков культурных влияний, марокканские евреи сохранили многое из древнего библейского наследия, создав уникальный сплав разнообразных традиций.

История появления евреев на северном побережье африканского континента окутана легендами. Возможно, евреи поселились в Марокко в эпоху Первого храма, примерно в X в. до н.э. Именно в это время на североафриканском побережье были основаны финикийские колонии, позже перешедшие под власть Карфагена. Многие историки полагают, что среди финикийских первопроходцев, колонизовавших побережье Северной Африки, вполне могли быть и древние евреи.11000

Существует предположение, что евреи поселились в пустыне Сахара и в Марокко, спасаясь от нападения Навуходоноссора на Иерусалим в VI в. до н.э.:

«Видите ли, -- говорит марокканский еврей-раввин, -- мы - самые древние евреи на юге. Долгим и трудным был переход наших предков, бежавших из Палестины, захваченной Навуходоносором. Им единственным удалось спастись после разрушения Храма и избежать плена в Вавилоне. Они происходили из племени Эфраима. Наши праотцы испытали еще более ужасные страдания, чем те, что народ Израиля претерпел на Синае на пути к земле обетованной. Они бродили по Сахаре десятки лет, бездомные и несчастные, мучимые жаждой, преследуемые свирепыми аборигенами. Достигнув океана, они поселились в пещерах.

Спустя несколько веков появился еврейский город, который назвали Малый Иерусалим (нынешний Ифран в Южном Марокко), ибо они построили его по образу и подобию оставленного города. Они поместили в новую синагогу Талмуд и священные предметы, спасенные из Храма Соломона. На пергаментных свитках раввины записывали все дни рождения и смерти, дабы община всегда могла знать о происхождении своих соплеменников. Но три века тому назад вступивший в Ифран берберский царь сжег город и всех находившихся там евреев. Синагога была разграблена и разрушена. И на этот раз лишь нескольким евреям удалось спастись, унести с собой немногие свитки с записью законов и правового статуса и найти пристанище здесь, в оазисах реки Дра. Наши мертвые и мученики остались там, близ Ифрана, покинутые всеми среди камней, обвеваемых ветром. Но если вы туда оправитесь, то увидите старые разбитые плиты, на которых высечены слова. Этим надписям две тысячи лет... Некоторые из наших предков, спасшихся из Ифрана, начали разрабатывать большой серебряный рудник в 13 км отсюда. Они богатели, а их нравы становились все более свободными. Они любили деньги больше Бога, позабыв о законах Талмуда; их сердца стали более жестокими, чем у жителей Содома. И Бог уготовил им ту же участь: однажды город был сожжен, а все жители погибли в огне. С тех пор это место считается проклятым, и никто не осмеливается вернуться на серебряный рудник, даже мусульмане».

Документально подтвержденное массовое переселение евреев на территорию современного Марокко началось после разрушения римлянами Второго Храма в 70 г. н. э. Греко-римские авторы, а также Талмуд упоминают о богатых и хорошо управляемых еврейских общинах тех мест. В это же время начинается расселение отдельных групп евреев среди берберов. Ряд исследователей полагают, что близость древнееврейского и пунического языка, которым владело большинство берберских племен, во многом способствовали обращению последних в иудаизм.

В конце римской эпохи, когда господствующей религией империи стало христианство, начались религиозные гонения как против евреев, так и против принявших иудаизм берберов.

При сменивших римлян в V в. вандалах, -- германо-христианском племени, исповедовавшем арианскую ересь, -- отношение новых завоевателей к евреям и принявшим иудаизм берберам было несколько мягче, так как захватчики видели в тех и в других союзников в борьбе с умирающим Римом.

Разбившие вандалов византийцы пытались возобновить притеснения иноверцев, но их власть распространялась лишь на береговую полосу африканского континента. В глубине страны еврейские и берберские общины некоторое время существовали относительно спокойно. Кроме того, в начале VII в. на территорию современного Марокко прибыли еврейские беженцы из Испании, спасавшиеся от вестготов, и, таким образом, численность евреев в этих краях еще возросла.

2 МУСУЛЬМАНСКОЕ ВЛАДЫЧЕСТВО

Плечом к плечу иудаизированные берберы и евреи оказывали упорное сопротивление арабскому вторжению. В 698 г. берберское племя джаруа, которое возглавила «королева» Далия-Сара ал-Кихина успешно противостояло натиску арабов, но в 703 году ее войско было разбито, а сама она погибла. Поражению способствовала, помимо прочего, ее беспримерная жестокость, оттолкнувшая от нее многих бывших союзников. В этом мнении сходятся арабские историки и авторы скорбной еврейской баллады, дошедшей до нас. По их словам, давшая клятву, что не будет мыться и стричься, пока не будет убит последний арабский воин, ал-Кихина дралась, как безумная, потеряла обе руки, и задохнулась насмерть под грудой зарубленных и заколотых ею врагов.

Арабское завоевание Марокко завершилось в 711 г., после чего большинство берберов перешло в ислам.

Уже ставшие мусульманами, берберы продолжали сопротивление почти 80 лет, пока имам Идрис ибн Абдаллах из Аравии не восстал против Арабского халифата и провозгласил независимость Марокко под своей властью. С тех пор в арабском мире Марокко пользуется дурной славой. Считается, что вся черная магия исходит оттуда, и что сама эта земля рождает ифритов и ламий (мусульманских бесов и вампиров). В знаменитой сказке про Аладдина выведен его дядя, -- злой, коварный, хитрый колдун, искатель лампы с джином, -- как раз марокканец!

Статус евреев в средневековом Марокко определялся общим исламским законодательством о «зимми» («покровительствуемые»; это же относилось и к христианам). Согласно этому статусу, зимми имели право на жизнь, имущество и свободу вероисповедания, за что они платили особый налог - джизья. Статус зимми предполагал ряд дискриминационных ограничений, различных в разных странах и в разные периоды. До воцарения арабо-берберской династии Альмохадов в XII в. отношение к евреям было терпимым, поэтому множество евреев переселялось туда из других арабских земель. Это не исключало кровавых погромов, сопровождавшихся грабежами и насилиями, но эти инциденты были относительно кратковременными и никогда не имели тяжелых последствий для всей еврейской общины Марокко.

В ряде городов имелись синагоги, крупные ешивы, создавались многочисленные произведения богословского и светского характера. Одним из центров еврейской учености, начиная с IX в., стал город Фес, считавшийся настолько безопасным для евреев, что семья Маймонида (великого РАМБАМа) даже выбрала его в качестве убежища, переселившись сюда из испанской Кордовы. Отсюда вышло много известных талмудистов, переводчиков, знатоков семитских языков, каббалистов.

На рубеже XII-XIII вв., с воцарением династий Альмохадов, отличавшихся религиозной нетерпимостью, евреи и христиане были вынуждены либо покинуть страну, либо принять ислам. Часть евреев предпочла навсегда покинуть родные края, другие принимали ислам, но, как правило, тайно исповедовали иудаизм.

В дальнейшем, когда отношение к евреям со стороны властей заметно улучшилось, в обыденном сознании евреи продолжали оставаться презираемой частью населения. Особенно это ощущалось в глубине страны.

В конце XIII в., после воцарения в стране династии Маринидов, евреи стали возвращаться в Марокко.

3 ИЗГНАНИЕ ИЗ ИСПАНИИ

С конца XIV в. в Марокко стали прибывать первые сефарды из Испании, появившиеся здесь после погромов 1391 г. Массовая иммиграция началась в конце XV в., после изгнания евреев из Испании и Португалии. Они были не очень дружественно встречены проживавшими здесь издавна евреями, которые с трудом добывали себе средства к существованию, и не хотели новых конкурентов. Мусульманское население отнеслось к новоселам поначалу положительно, но впоследствии их отношение стало откровенно враждебным. Еврейское кладбище в Фесе В 1438 г. в городе Фес был создан первый еврейский квартал - меллах, за пределами которого евреям долгое время было запрещено селиться. Позже такие кварталы появились и в других городах страны. Первоначально пришельцы поселились в городе Фес, где почти постоянно страдали от погромов и поджогов, вызванных мусульманскими фанатиками. В общей сложности, это унесло жизни около 20 тысяч человек. В XVI в. в Фес из Испании стали переселяться марраны, возвращавшиеся там в иудаизм. После распространения инквизиции в Португалии в 1536 г. из этой страны в Северную Африку вновь массово стали переселяться португальские евреи. Несмотря на серьезные различия между местной общиной и общинами вновь прибывших соплеменников (сефарды были вполне европеизированы и образованны, а местные общины оставались практически не затронуты цивилизацией) вскоре «аборигены» слились с сефардами, образовав единую общину. При этом оставалось немало городов, где они жили обособленно друг от друга, ходили молиться в свои синагоги, практически не вступали в браки между собой, иногда между ними даже возникала вражда... Движение Саббатая Цви в середине XVII в. имело в Марокко особенно много приверженцев.

4 ПОЗДНЕЕ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ

Основным занятием евреев в средневековых мусульманских странах была торговля вином, сахаром, ювелирными изделиями, драгоценными камнями и цветными металлами. Кроме того, евреи были единственными, кто вел торговые дела с христианскими странами, за что они платили казне крупные налоги и таможенные сборы. Лев Африканский, путешественник и географ, в XVI веке писал: «По этим горам разъезжает верхом много евреев. Они носят оружие и сражаются за своих господ -- население этой горы. Другие африканские евреи считают этих евреев еретиками и называют их караимами. Население очень грубо и постоянно воюет с соседями. Оружием им служат камни, которые они бросают с помощью пращи. Питаются они ячменём, мёдом, козьим мясом. Среди них много смешавшихся с ними евреев, которые в этих горах занимаются кузнечным ремеслом. Они изготовляют мотыги, серпы и подковы для лошадей». Также Лев Африканский говорит о караимах в горах Хинтата: «Жители горы -- люди храбрые и богатые. Они имеют очень много лошадей. Здесь есть цитадель, которой владеет некий синьор, родственник синьора Марракеша, но они постоянно воюют друг с другом из-за какой-то деревни и земли, расположенных между их владениями. На горе живет много ремесленников-евреев, платящих дань этому синьору. В делах веры все они принадлежат к учению караимов и, как говорят, храбры, когда имеют оружие в руках». В XV-XVI вв. положение евреев Марокко упрочилось настолько, что султан Сиди Мухаммед Бен-Абдаллахе, который стремился ввести в стране европейские порядки и был заинтересован в развитии торговли, разрешил евреям селиться во всех портовых городах королевства, особенно в главном порту - Могадор. Очень скоро Могадор превратился в крупнейший марокканский порт, через который велась торговля с Европой. Многие еврейские купцы получили статус «королевских торговцев» и не платили налоги, которыми облагались жители в глубине страны. Еврейское население этого города настолько выросло, что торговые заведения города не работали по субботам! Цитадель Могадора на закате Вскоре Могадор стал центром средиземноморского пиратства, надежной базой для морских разбойников, пристанищем авантюристов, бродяг и любителей легкой наживы, «рыцарей ножа и пистолета», живущих грабежом и ненавидящих стеснения со стороны религии и закона. Державшиеся вблизи берегов Марокко и Туниса мусульманские пираты были людьми дерзкими и отважными. Они никого не боялись и нападали на европейских и своих же соплеменных купцов. Легкий доступ в гавань Могадора и прямое покровительство со стороны королей привели к тому, что этот город сделался «Меккой» пиратов. Здесь они могли спокойно распорядиться добычей, и не спеша готовиться к новым набегам. Возвращаясь в Марокко с разнообразными грузами заморских стран и награбленной в испанских, французских и итальянских землях драгоценной добычей, они тут же перепродавали ее нетерпеливо ждавшим на причалах «родным» евреям. Фактически у пиратов в Марокко была своя республика с центром в городе Сале (находится ближе к Рабату). Именно у пиратов из Сале томился в плену 5 лет Сервантес. И Робинзон Крузо Даниэля Дефо тоже попадал в плен к пирату из Сале. Европейцы долгое время не могли справиться с пиратами. Они наводили ужас и наносили ощутимый ущерб международной торговле. Уместно задаться вопросом: были ли среди пиратов не только берберы и арабы, но и евреи? Ответ на этот вопрос сложно документировать. Стоит отметить лишь тот факт, что на кладбищах пиратов Карибского моря есть надгробия с еврейскими именами.

5 НОВОЕ ВРЕМЯ

К XVII в. Марокко все активнее принимало участие в международной торговле и политике. Марокканские короли были достаточно умны, чтобы использовать способности евреев в государственных целях. При каждом из них, -- вне зависимости от личного уровня антисемитизма или юдофилии, -- состояли советники евреи (обычно выходцы из Испании), министры финансов и дипломаты.

Профессия дипломата была особенно востребована, так как правящая верхушка страны не утруждала себя знаниями иностранных языков и иностранных обычаев, интересуясь лишь конкретным положением дел на текущий момент и личной выгодой.

В XVII в. выдающимся дипломатом был Шимон Плаче, с помощью которого был подписан мирный договор между Марокко и Нидерландами, -- уникальный случай того периода.

Моисей ибн-Атар был посредником при переговорах Марокко и Великобритании в 1721 г., причем на его кандидатуре настаивала именно английская сторона.

В то же время положение основной массы марокканских евреев было очень тяжелым. Как свидетельствуют европейские путешественники, евреи не могли селиться и владеть землей или домами за пределами гетто.

Существовал также ряд имущественных и правовых ограничений, например, еврей не имел права поднять руку на мусульманина даже для самообороны. Почти все евреи были обязаны носить одежду только черного цвета и шлепанцы, они должны были снимать обувь на тех улицах, где находились мечети, им было запрещено ездить на лошадях. Лишь немногим удавалось освободиться от этих ограничений - в основном, богатым, «нужным» людям, или тем, кто имел европейское гражданство.

6 ПОЛОЖЕНИЕ ЕВРЕЕВ В МАРОККО

С XVI в. из Марокко, как и из других стран, где имелись крупные еврейские общины, началось бессистемное переселение евреев в Палестину. По преимуществу это были законоучители и их ученики, а также пожилые люди, желавшие умереть у подножия Стены Плача. Среди них были известные раввины, например, Хаим бен-Антар, комментарии которого к Торе приобрели большую популярность у евреев Восточной Европы, особенно у хасидов.

Основная масса переселенцев до середины XIX в. жила за счет пожертвований из-за рубежа - халукка.

В начале XIX в. евреев в Марокко насчитывалось от 50 до 100 тысяч человек, т.е. это была самая крупная еврейская община в Северной Африке.

Среди них выделялись две группы: потомки сефардов и слившихся с ними местных евреев, другая - потомки местных евреев и принявших иудаизм берберов. Первые были знакомы с европейской культурой, их экономическое и политическое положение было благоприятным, из их среды выходили раввины, судьи, государственные деятели. Евреи второй группы жили в деревнях Атласских гор и были почти что бесправны, находясь на положении фактически крепостных у местных шейхов, от которых они полностью зависели. Шейхи могли их продать, подарить, передать по наследству, проиграть в нарды или выменять на что-то ценное.

Евреи, как правило, работали кузнецами, погонщиками мулов, ремесленниками. Они не имели права вступить в брак без разрешения хозяина, который, в свою очередь, был обязан защищать «своих» евреев от нападений чужаков и мстить за их убийство.

В XVIII -- начале XIX в. положение марокканских евреев, страдавших от непрекращающейся борьбы за власть и религиозного фанатизма властей, резко ухудшается.

Так красили кожи и сто, и пятьсот лет назад. Так красят их и теперь

Например, евреи отказались поддержать мятежного принца Язида в борьбе с братом за престол. Захватив столицу и став королем, Язид припомнил это евреям, инициировав серию кровавых погромов, во время которых в Тетуане, Мекнесе, Марракеше, Фесе были убиты сотни евреев.

Гонения прекратились только с приходом к власти нового короля, Сулеймана-Самсона, 1792 -- 1822 гг., однако положение евреев оставалось тяжелым. Во многих городах все еще случались нападения на еврейские общины, а морская торговля пришла в упадок: средиземноморские страны объединились с целью положить предел неимоверно разросшейся мощи берберийского пиратства. Европейцы наносили удары по базам морских разбойников, отважно преследовали корабли с «веселым роджером» на мачтах, и, догнав, беспощадно уничтожали всех пиратов, кем бы те ни были.

В это время немало евреев эмигрировало из Марокко в другие страны, самые богатые еврейские семьи были приняты в Англии.

Положение евреев вновь резко ухудшилось в середине XIX века во время многочисленных конфликтов Марокко с европейскими странами. Тяжелые гонения повсеместно обрушились на общины в 1844 г., во время войны с Францией. В 1853 г. в Марокко произошли погромы, спровоцированные ложными обвинениями евреев в шпионаже в пользу враждебной тогда Испании. Разъяренные марокканцы устроили резню в Тетуане, во время которой погибло около 400 евреев, а остальные бежали.

В краткие периоды французского и испанского правления на захваченных европейцами территориях, евреям были предоставлены свобода вероисповедания и передвижения, гарантирована личная безопасность. При этом евреи не являлись полноправными гражданами страны.

Некоторое улучшение наступило лишь во второй половине XIX в., когда короли Марокко, озабоченные финансовыми кризисами, снова стали поощрять торговлю и еврейских купцов. Теперь евреи занимались экспортным бизнесом, практически монопольно торгуя золотом, слоновой костью, миндалем, маслинами и другими экзотическими товарами.

Евреи вновь занимали видное место в дипломатическом корпусе государства - почти все служащие консульств и торговых миссий Марокко в европейских странах были евреями.

Когда Марокко начало активно торговать с европейцами, то султан издал распоряжение, что живущие в порту Эс-Сувейра евреи, которые устраиваются в услужение к европейцам, освобождаются от налогов. В результате места слуги или носильщика при европейце стали продаваться за огромные деньги, так как ростовщичества евреи не бросили, но уже и не платили налогов.

Сэр Моисей (Мозэс) Монтефиоре

Большую роль в улучшении положения местных общин сыграл известный филантроп, сэр Моисей Монтефиоре, в результате ходатайств которого правительство страны в 1864 г. даровало своим еврейским подданным равные права.

На практике, однако, эти указы не всегда выполнялись, продолжались нападения на евреев, погромы и убийства, как правило, остававшиеся без последствий. В то же время, когда случались пожары, голод и эпидемии, поражавшие всех без разбору, происходили совместные богослужения евреев и мусульман о спасении от бедствия. Так было в конце XVIII в. в Фесе, где от чумы погибло 65 тысяч человек, и где местные власти даже просили раввинов о таком совместном молении.

Как правило, короли Марокко не вмешивались во внутренние дела евреев, предоставив им довольно широкую автономию.

Французское консульство в Касабланке, 1920 г.

В стенах еврейских кварталов евреи имели свои суды, систему управления и взимания налогов, а также организацию богослужения.

Во главе общин стояли нагиды, которые, с одной стороны, представляли соплеменников перед властями королевства, а с другой - представляли власти перед общиной. Нагиды несли ответственность перед королем или наместником за своевременную уплату налогов и иногда терпели большие убытки, если община бывала не в состоянии выполнить свои обязательства. Многие марокканские нагиды и раввины, а также известные каббалисты и философы происходили из сефардских семей.

До середины 19 в. марокканские евреи побережья и крупных центров внутри страны получали образование в начальных школах или в школах талмуд-тора. Более широкое религиозное образование давали иешивы, в которых учились в основном дети из раввинских семей. Девочки не посещали школ и получали домашнее образование, сводившееся главным образом к изучению приготовления кошерной пищи и соблюдения субботы. Были и хорошо образованные женщины - в XVIIIв. поэтесса Фреха бат Иосеф писала стихи на иврите. В 1862 г. Альянс открыл первую школу в Тетуане, затем в Танжере (1865), Могадоре (1867), в Фесе, Касабланке и других городах после 1874, в том числе две школы для девочек.

Королевский дворец Дар-Махзен

Альянс стремился дать учащимся современное образование на французском языке и поначалу уделял мало внимания изучению еврейских предметов. Поэтому в 19 в. некоторые раввины и общинные лидеры игнорировали школы Альянса, называя их «центрами ереси». В 20 в. учителями школ Альянса стали выпускники этих школ (получившие педагогическое образование в Париже), и в школах Альянса стали уделять гораздо больше внимания ивриту и религиозным предметам. В 1912-32 число учеников в школах Альянса увеличилось с 5036 до 18 750.

В конце 19 в. еврейское население крупных городов, особенно тех, в которых были консульства европейских стран, увеличилось. Тысячи бедняков жили скученно в еврейских кварталах. Считается, что в конце 19 в. в Марокко проживало около 200 тыс. евреев.

После установления в 1912 году франко-испанского протектората над Марокко и ускоренного экономического развития страны, положение евреев значительно улучшилось. Многие из них заняли видное место в торгово-промышленной сфере страны. Выросло число лиц «свободных профессий» и служащих французской администрации, которые нередко получали образование в университетах Франции. Вскоре французы поставили под свой контроль все учреждения еврейской общины, которым в 1918 г. был придан официальный статус, но полностью отнята автономия. В период протектората они могли заниматься только благотворительностью.

Фотография типичной семьи фесских евреев (1912 г.)

После 1912 крупные фирмы Франции стали играть ведущую роль в марокканской экономике, что привело к разорению многих еврейских купцов и торговцев. О пиратстве или его поддержке, скупке добычи у пиратов уже не могло быть и речи.

В 20-30-е гг. XX в. в Марокко переехала часть евреев из Алжира, Туниса и некоторых стран Ближнего Востока. К началу Второй Мировой войны там проживало 225 тысяч евреев.

7 СИОНИЗМ В МАРОККО

Интересно, что первая сионистская организация в Марокко была основана в 1900 г. в Тетуане выходцем из России, доктором И. Берлявским, однако, еще в начале ХVIII века три видных раввина в Марокко - р. Яаков Ибн Цур, р. Йегуда бен Атар и р. Шалом Адраи - приняли галахическое постановление о том, что "если кто-то захочет уехать в Землю Израилеву, а жена станет перечить, то надо повлиять на нее. Если же она упорствует - уплатить ей отступное согласно кетубе и уехать одному". В ХIX веке эту галаху расширили, постановив, что и мать с детьми может уехать в Святую Землю вопреки желанию мужа. Сионистское движение имело в Северной Африке религиозную окраску, в нем участвовали многие раввины, ободряя и направляя евреев на репатриацию. В Марокко разрешали даже продать свитки Торы, если вырученные деньги были необходимы для алии.

Лишь позднее, в 1920-х годах, сионистское движение приобрело более светский характер. По всей стране создавались общества по изучению иврита и еврейско-европейской культуры, спортивные общества, печатные органы.

Во время Второй мировой войны французское Марокко находилось под властью профашистского правительства Виши, введшего ряд ограничений для евреев, но не отважившегося на геноцид. Во многих местах вспыхивали погромы, вдохновленные фашистами и мусульманскими фанатиками. Положение нормализовалось только в 1943 г., когда к власти пришли сторонники генерала де Голля.

Марокканские музыканты.

После окончания войны с усилением арабского национализма и особенно после провозглашения государства Израиль положение евреев в Марокко резко ухудшилось. Евреев обвиняли в приверженности к немусульманской культуре, шпионаже в пользу сионистов, участились случаи одиночных и массовых нападений мусульман на евреев. Несмотря на то, что французские власти приняли меры против воинствующих фанатиков-антисемитов (многие из которых были даже приговорены к смертной казни), в 1954 году по Марокко прокатилась новая волна погромов.

После провозглашения независимости Марокко в 1956 г. евреи были формально уравнены в правах с мусульманами, -- в частности, получили право создавать собственные политические партии, избирать и быть избранными в них. Тем не менее, они то и дело подвергались дискриминации по национально-религиозному признаку; в стране была запрещена деятельность сионистских организаций, был запрещен ввоз из-за границы еврейских книг, одновременно усилилась антисемитская пропаганда. Некоторое улучшение положения произошло после восшествия на престол короля Хасана II в 1961 г., который разрешил евреям свободный выезд в Израиль.

Не обходилось без курьезов. Так, например, настроенный религиозными фанатиками против телевидения, король издал два указа. Согласно первому, телевидение - «любимейшее дитё Сатаны», а телевизоры -- «прямые ворота в геенну огненную, куда пусть сходит весь мир гяуров, от Америки до Китая, но только не правоверные мусульмане-марокканцы». Второй указ предписывал бесплатно раздавать все телевизоры евреям, уезжающим в Израиль, чтобы они «увезли с собою это исчадье порока, источник соблазнов, сосуды растления и греха»! Таким образом, прибывавшие в Землю Обетованную закутанные в бурнусы (белые шерстяные плащи с капюшоном) и с нахлобученными на брови чалмами евреи, к удивлению таможенников, сгибались под тяжестью телевизоров, неся чуть ли не по одному на человека!

8 АЛИЯ

Массовое переселение марокканских евреев в Израиль началось в 1948 г. Большие волны алии были в 1961-1964 гг. и после Шестидневной войны (1967 г.). Выходцами из Марокко в Израиле основаны города и поселения, в т.ч. Димона, современный Ашдод, Кирьят-Шмона.

Всего с 1948 по 1984 гг. из Марокко в Израиль репатриировалось более 250 тысяч человек. Примерно 50 тысяч евреев эмигрировали во Францию, Италию, Испанию и другие европейские страны, и около 10 тысяч евреев ныне остается в североафриканском королевстве.

Судьба марокканских евреев в Израиле не была простой. Тяжелое экономическое положение страны в годы абсорбции массовой алии из Марокко (доходы 20 % населения были ниже прожиточного минимума), серьезные недостатки системы образования, манипуляции политических партий, стремившихся использовать в своих интересах межобщинные противоречия, известная отчужденность между репатриантами из Северной Африки, с одной стороны, и представителями власти, а также широкими массами израильских граждан европейского происхождения (ашкеназов) -- с другой, -- все это привело к трениям и конфликтам, выражением которых явились беспорядки в хайфском районе бедноты Вади Салиб (июль 1959) и позднее к возникновению движения «Черные пантеры». Активные выступления выходцев из Марокко способствовали изменению отношения к ним представителей других этнических групп и большему учету их интересов со стороны государственного аппарата.

Вади-Салиб, район Старой Хайфы

Усвоение выходцами из Марокко языка иврит, быстрое приспособление их к политико-административной системе государства, повышение их жизненного уровня в результате приобретения новых профессий отразилось и в появлении большого их числа среди руководящих деятелей Хистадрута - израильского профсоюза, и муниципалитетов. Свыше 20 выходцев из Северной Африки являются депутатами Кнесета. Выходцы из Марокко превратились в серьезную политическую силу, способную выступать инициатором перемен в социальной и культурной областях.

Признание культурного плюрализма евреев Израиля, выражением которого стало превращение праздника Мимуна в общенародный, говорит о том, что евреи Марокко нашли свое место в израильском обществе. Влияние традиций еврейства Марокко сказывается в распространении обычая почитания гробниц «святых»: Шим'она бар Йохая на горе Мерон, Меира (Ба'ал ха-Неса) в Тверии, раббана Гамлиэля в Явне и других. Выходцы из Марокко в Израиле продолжают почитать представителей некоторых семейств, пользовавшихся огромным религиозным авторитетом в стране своего происхождения, в особенности семейств Абу-Хацира и Пинто. Основателем своеобразного религиозного движения марокканских евреев был представитель семьи каббалистов, известной в Марокко и Сирии с 16 в., Я'аков Абу-Хацира (1807-80 гг.), чья могила в Даманхуре близ Александрии (он скончался на пути в Эрец-Исраэль) стала местом паломничества. Его внук Исраэль Абу-Хацира (Баба-Сали; 1889--1984 гг.) с 1964 г. жил в Израиле, в Нетивот, куда стекались десятки тысяч его почитателей из разных стран. Среди марокканских евреев Баба-Сали слыл чудотворцем; его могила привлекает множество паломников.

В Израиле община выходцев из Марокко в 1986 году насчитывала 473 тысячи человек.
Могила Исраэля абу-Хацира (Бабы Сали).

9 КУЛЬТУРА МАРОККАНСКИХ ЕВРЕЕВ

Язык марокканских евреев претерпел изменения на протяжении многих веков. Арамейский язык, (родственный ивриту), на котором евреи этого края говорили много веков, после арабского завоевания был постепенно вытеснен своеобразным диалектом еврейско-арабского языка. В некоторых общинах евреи говорили на разных диалектах берберского языка. Даже в XX в. 15 % марокканских евреев говорили на берберском языке, 29 % -- на арабском, а 59 % владели обоими языками. Интересно, что во всех случаях обычно сохраняли древние особенности этих языков, а также многочисленные заимствования из иврита. Еще в середине XX в. фамилии большинства марокканских евреев были в основном арабского или берберского происхождения, в то время как среди имен преобладали еврейские, хотя арабские и берберские имена также не были редкостью.

Одежда марокканских евреев до прибытия сефардов испытала сильное влияние мусульманского окружения и мало чем отличалась от одежды мусульман, за исключением различных ограничений, время от времени накладываемых правителями на еврейское население. Мужчины, особенно пожилые или ученые люди, носили одеяние джеллаба, подобное тому, какое носили их мусульманские соседи. Мужчины помоложе носили бехдия -- род куртки с множеством пуговиц. В мужской костюм входили также саравал -- серые или черные штаны из шелка или шерстяной ткани -- широкие или узкие в зависимости от моды. Головным убором служила черная шапочка, имевшая разнообразную форму, а также всевозможные тюрбаны -- тоже черного цвета. Сефарды долгое время носили черные береты. Вообще одежда последних обнаруживала сильное влияние испанской моды.

Одежда женщин была более яркой. Важной частью женского одеяния было антари, или энтери -- распашная одежда типа халата, надеваемая на одну или две длинные туникообразные блузы с пышными рукавами и квадратным вырезом, часто украшенные кружевами и богатой вышивкой. Под блузу носили широкие и тонкие шаровары, сильно присборенные на талии и у лодыжек. По достижении определенного возраста девушки переставали носить блузу и надевали род яркого закрытого жакета, обычно зеленого, красного или бронзового цвета. Белья обычно не носили, особенно на юге.

На улице женщины закутывались в фута -- яркую длинную полосатую шелковую или хлопчатобумажную ткань. Девушки заплетали волосы в косы и носили шелковые повязки, замужние женщины убирали волосы под красный шелковый платок, который завязывали сзади. Тонкий шелковый или хлопчатобумажный шарф, богато украшенный вышивкой, иногда с золотой нитью прикрывал лицо и волосы. Непокрытые волосы приравнивались к наготе и считались крайне неприличными. Украшений носили очень много.

Обувью в зависимости от достатка служили изящные туфли без задника на каблуке или тяжелы деревянные туфли, придававшие поступи библейскую величавость.

Влияние испанской моды ярко отразились в знаменитой кесва кбира -- праздничном (как правило, свадебном) наряде, который состоял из белой льняной рубашки, с широкими рукавами, резко сужающимися от локтя к запястью, украшенной лентами, платка, кфета -- бархатного плотно облегающего корсажа с низким вырезом, расшитого золотой нитью и украшенного золоченым галуном.

Наряд дополняла широкая бархатная зеленая или красная юбка с запахом и обильно украшенная вышивкой, которой особенно славились вышивальщицы Тетуана. и широкий, расшитый же пояс -- обычный подарок девушке к свадьбе.

Все это дополнялось небольшой диадемой, украшенной смотря по достатку богатой вышивкой или драгоценными камнями. В женщине ценилась скорее полнота, которой отличались даже молодые женщины. Вместе с тем даже европейские путешественники часто писали о замечательной красоте марокканских евреек и их стройных фигурах.

Обычаи и обряды марокканских евреев тоже испытали глубокое мусульманское влияние. В свою очередь, они воздействовали на поверья и обряды окружавших евреев народов. В результате мы находим немало общего в народных верованиях и практике марокканских евреев, арабов и берберов. Это проявляется, в магических приемах и верованиях -- вере в «злой глаз», демонов (джнунов), в защитную силу разнообразных амулетов (особенно в виде рыбы или ладони), а также в многочисленных обрядах, направленных против злых духов или на то, чтобы задобрить их. Так, строительство дома в этой стране не обходилось без крови овцы или птицы, которой окропляли первый камень фундамента. Такой обычай некоторые исследователи считают унаследованным от карфагенян, но подобные ритуалы существовали у многих народов в разные эпохи -- у древних скандинавов, разных народов Кавказа, Балкан и т. д.

Среди марокканских евреев, как, впрочем, и среди евреев других общин, были широко распространены разнообразные заклинания и заговоры, в том числе с употреблением имен Бога. Под влиянием мусульман широко распространился культ святых и почитание их могил, причем тем же святым и гробницам могли поклоняться как евреи, так и мусульмане. В их числе следует назвать паломничества к могилам святых или мудрецов -- так называемые хиллула (арамейское слово, означающее -- свадьба) -- паломничество к гробнице святого в годовщину его смерти. Этот обычай особенно распространился у евреев Северной Африке под влиянием идей Каббалы.

Многие обычаи и обряды марокканских евреев сохранили реликты очень древних верований и обрядов, которые давно исчезли из повседневной практики. К ним можно причислить, например, обычай посещать могилы умерших родителей в пятницу, незадолго до наступления Субботы и оставлять там разные приношения, в основном, пищу, что является пережитком культа предков, некогда широко распространенного у разных народов, в том числе у древних евреев.

Другим обычаем, направленным на то, чтобы уберечь мать и новорожденного младенца от злых духов, прежде всего от Лилит -- злого духа женского пола, который по народным поверьям, губит рожениц и маленьких детей -- был обряд тахдид. О нем писал еще в XII известный еврейский путешественник из Испании Вениамин из Туделы. Согласно его описанию, обряд состоял в том, что отец и другие члены семьи бодрствовали всю ночь у постели матери и новорожденного. При этом они зажигали множество светильников, поднимали страшный шум с помощью бубнов, барабанов и других инструментов, веря, что тем самым прогоняют вредоносных демонов. После этого отец новорожденного брал в руки острый нож и наносил им косыми рубящими движениями удары вдоль стен жилища, препятствуя Лилит проникнуть внутрь. Надо сказать, что похожий на него обряд -- вахнахт (идиш -- «ночная стража») совершали евреи многих стран Центральной и Восточной Европы, а также сефарды некоторых стран, у которых он назывался велен (исп. velar -- «бодрствовать»).

Очень характерен также обряд, принесенный, по-видимому, сефардами и напоминающий обряд индульсо (ладино -- «подслащенный»), практиковавшийся у сефардов Палестины и некоторых других стран в случае тяжелой болезни, когда известные медицинские приемы или магические средства не помогали. Обряд состоял в том, что из дома больного выносили все священные предметы (свитки Торы, молитвенники и пр.) и все жильцы, кроме больного и женщины, которая совершала обряд, покидали этот дом. Ночью женщина ставила на стол сладости, разбрызгивала по углам молоко и мед, рассыпала по полу зерно и обращалась к различным духам, которые могли наслать болезнь, и просила их принять эти подношения и не гневаться на больного, который по незнанию чем-то их обидел и тем навлек на себя недуг.

 Платье Марокканской еврейки Фете, Художник: Emile Lecomte-Vernet ()

Были у марокканских евреев и своеобразные яркие праздничные обряды, в том числе, сохранившиеся от тех времен, когда евреи занимались земледелием и скотоводством. Особо следует назвать праздник Маймуна (Мимуна), отмечаемый на второй день после окончания праздника Песах и, согласно традиции, являющийся днем смерти отца Маймонида -- р. Маймона бен-Йосефа. Что значит само слово Маймуна, остается неясным. Накануне праздника, вечером, принято есть только молочные продукты и лепешки, напоминающие оладьи, принимать гостей и дарить подарки, в основном съестное. Дети устраивали маскарадные процессии по улицам еврейского квартала. Девушки надевали белые одежды; в это время молодые люди начинали ухаживание за ними. К дверным косякам прикрепляли зеленые стебли пшеницы или другой зелени, что, как верили, приносило удачу. В каждом доме на стол ставили вино и ряд предметов, несущих определенную семантическую нагрузку и варьирующих в зависимости от местных обычаев: например, колосья пшеницы и сладкое молоко, ветви фиговых и других деревьев. Иногда на столе в садке плавала живая рыба, повсеместно ассоциирующаяся с плодовитостью и плодородием. В некоторых случаях на стол ставили и миску с мукой, в которую клали золотые украшения -- «на счастье»; в других местах в муку клали яйца или фасоль.

На другой день шли в поле, на кладбище, на городскую площадь, где устраивали праздничные собрания и маскарадные представления и разного рода состязания. Этот день рассматривался как исключительно благоприятная возможность вести переговоры о сватовстве и знакомить молодых людей друг с другом. Во многих общинах шли также на берег моря или к источнику, в воды которого мужчины погружали ноги, омывали лицо и грудь; в других местах водой обрызгивали косяки дверей, а также ноги участников церемонии, что, согласно поверьям, символизировало переход через Красное море. В общине Марракеша в этот день строили шалаши и молились о хорошем и плодоносном годе.

Можно предположить, что праздник Маймуна вобрал в себя черты древнего ритуала, совершавшегося после завершения жатвы ячменя и возникшего, очевидно, в диаспоре. В ее обрядности легко выделить элементы магии плодородия -- употребление зелени, яиц, фасоли, живой рыбы и т. д.

Маймуну и по сей день в несколько измененном виде празднуют в Израиле выходцы из Марокко, его считают праздником самоидентификации марокканских евреев