Евреи в годы Первой мировой войны

2 Евреи в русской армии

В 1874 в России была проведена военная реформа. Отныне русская армия формировалась по принципу всеобщей воинской повинности. Согласно закону, евреи призывались в армию на общих основаниях. Однако, в отличие от христиан и мусульман, евреям был закрыт доступ к офицерским чинам. Едва ли не единственным исключением стал Иосиф Трумпельдор. При обороне Порт-Артура, Трумпельдор был тяжело ранен в бою и потерял левую руку, однако, оправившись от ранения, отказался от демобилизации и обратился с рапортом о возвращении на передовую: «У меня осталась одна рука; но эта одна — правая. А потому, желая по-прежнему делить с товарищами боевую жизнь, прошу ходатайства Вашего благородия о выдаче мне шашки и револьвера». За храбрость, проявленную во время боевых действий, Трумпельдору было присвоено звание прапорщика.

В Русско-японскую войну части действующей армии насчитывали около 30 тыс. евреев. Судя по всему, воевали они не хуже своих товарищей. К примеру, командир Новочеркасского пехотного полка полковник Алексей Гавриленко писал: «В моем полку, да и в других, командиры знают о храбрости и военной находчивости солдат-евреев. Стреляют они метко, приказы исполняют в точности, разумно, толково и без страха». Газета «Новое Время» писала в 1904 году: «В настоящую войну многие евреи показали себя хорошими солдатами, храбрецами, верными товарищами. Многие награждены Георгиевскими крестами, есть имеющие и по два, и по три таких знака».

Тем не менее, в целом отношение армейских начальников к солдатам-евреям было не слишком хорошим. Генералы и офицеры утверждали, что большинство солдат-евреев имеет плохую физическую подготовку, плохо подчиняются армейской дисциплине, не хотят служить, и т.д. Генерал Деникин, пользовавшийся в армии репутацией либерала, в своих воспоминаниях писал:

Нельзя отрицать, что в некоторых частях была тенденция к угнетению евреев, но отнюдь не вытекавшая из военной системы, а приносимая в казарму извне, из народного быта и только усугубляемая на почве служебной исполнительности. Главная масса евреев — горожане, жившие в большинстве бедно, — и потому давала новобранцев хилых, менее развитых физически, чем крестьянская молодежь, и это уже сразу ставило их в некоторое второразрядное положение в казарменном общежитии. Ограничение начального образования евреев «хедером», незнание часто русского языка и общая темнота еще более осложняли их положение. Все это создавало — с одной стороны, крайнюю трудность в обучении этого элемента военному строю, с другой — усугубляло для него в значительной мере тяжесть службы. Надо добавить, что некоторые распространенные черты еврейского характера, как истеричность и любовь к спекуляциям, тоже играли известную роль.

А. Деникин, Путь русского офицера

http://militera.lib.ru/memo/russian/denikin_ai/index.html 

Накануне войны в российских верхах даже всерьез обсуждался план полного удаления евреев из армии. Большинство генералов высказалось за, военный министр Сухомлиннов докладывал царю: «Исходным пожеланием признаю совершенное удаление евреев из армии». Либералы были в панике, понимая, что если евреи не будут служить в армии, о равноправии можно будет забыть. Однако этот план так и не был осуществлен.